Пальто и двери: Екатерина Попова о том, сколько стоит помощь мужчин

0
1

Пальто и двери: Екатерина Попова о том, сколько стоит помощь мужчин

Недавно один из моих френдов написал пост о том, что он больше не помогает девушкам-коллегам устанавливать на компьютеры новые программы. Мол, у нас равноправие, женщины вполне в состоянии справиться с инсталляцией софта, в его должностные обязанности это не входит, так что все, лавочка закрылась — пусть разбираются сами.

И тут меня осенило, почему многие женщины с ужасом вопрошают: «Это что же, феминистки запретят мужчинам подавать нам пальто?»

Я всегда недоумевала, наблюдая, какую остроту приобретают дискуссии, касающиеся пресловутых пальто, открываемых дверей и подаваемых рук. Мне казалось очевидным, что одеваться удобнее самому, дверь проще открыть, не дожидаясь, пока твой спутник оббежит тебя, чтобы сделать это первым, а при выходе из автобуса надежнее держаться за поручень, а не за чью-то руку. Нет, я нормально отношусь к правилам этикета, но если часть из них, связанная с гендером, уйдет в прошлое, совершенно не расстроюсь. Это до чего же, думала я, некоторым девушкам хочется постоянно получать невербальные подтверждения, что все заметили, что они — женщины, что они готовы променять равную оплату труда, честное разделение домашних дел и защищенность от домашнего насилия на помощь в гардеробе?

И вот после поста про «пусть сами себе ставят программы» мне вдруг стало понятно, чего именно опасаются женщины. И, конечно, дело совсем не в пальто. И не в софте.

Слишком многое (хочется надеяться, что не всё) мужчины делают не потому, что хотят облегчить кому-то жизнь или сочувствуют, а потому, что их научили, что Настоящий Мужчина, если это в его силах, должен помогать женщине, иначе он уже так, какое-то бесполое недоразумение. Услышав, что отказ никак не бьет по репутации (равноправие, помните?), мужчины с облегчением выдыхают и кладут высокопрочное крепежное изделие М36 на проблемы посторонних. И хорошо, если только посторонних: я неоднократно сталкивалась с высказываниями, что раз уж женщины могут всё сами, то и алименты при разводе надо отменить — пусть растят детей без поддержки отцов.

Мужчин, в отличие от женщин, с детства воспитывают с осознанием ценности своих ресурсов. В большинстве своем они искренне не понимают, как можно жертвовать временем и силами просто так, — зато отлично знают, что такое «ты должен, потому что ты — мужчина».

Лидия Гинзбург в «Записках блокадного человека» рассказывает, что именно мужчины плохо переносили многочасовые стояния за продуктами: " …почти каждый из появляющихся в магазине мужчин пытается пролезть к прилавку без очереди. Мужчины не могут объяснить, откуда у них это чувство внутренней правоты при внешней явной неправомерности поступка. Но они твердо знают: очередь — это бабье дело. Может быть, им представляется смутно, что справедливость их притязаний основана на том, что их в очереди так мало. Они, впрочем, не мотивируют; они либо хамят, либо произносят классическую фразу: «Спешу на работу». — «А мы не спешим на работу?! Все теперь спешат на работу», — сердится женщина с портфелем. Мужчина воровато прячет уже полученный хлеб. Сказать ему нечего, но про себя он знает: пусть она в самом деле работает столько же, сколько и он, больше, чем он, но отношение к времени, к ценности, употреблению и распределению времени у них разное. И его отношение дает право получать хлеб без очереди".

Когда выясняется, что для того, чтобы быть мужчиной, не обязательно уступать место или открывать двери, то у «сильной половины человечества» в голове включается счетчик «ты мне — я тебе». И табло его (счетчика, не мужчины) показывает, что с коллеги, которая просит помочь ей установить пакет Microsoft Office, взять нечего — а значит, и помогать смысла нет.

Что же до подсчета выгод, которые можно извлечь из женщины, то практически все мужчины считают, что кроме секса выжать из котика больше нечего. Как-то на форуме девушка пожаловалась, что никто из прохожих не помог ей поднять коляску по лестнице, и получила в ответ: «Красиво жить хочешь — значит, сосать ты будешь у мужа, а помогать тебе другие должны?» Угадайте, какого пола автор комментария?

Очень часто мужчины, предлагающие (а то и навязывающие) свою помощь, рассчитывают на благодарность и очень удивляются, не получив ее. Однажды незнакомый мне молодой человек на улице предложил донести сумки, я с благодарностью согласилась — а в подъезде он спросил, может ли он подняться в квартиру, чтобы заняться со мной сексом. Я, разумеется, отказала — в ответ он заулыбался и сказал, что я очень хитрая и обманула его. Он не ругался, не оскорблял меня и не угрожал, но вполне искренне считал, что его надули, заставив целых пятьсот метров нести что-то просто так.

Миссис О’Хара из «Унесённых ветром» напутствовала дочерей: от мужчин можно принимать только цветы и конфеты, остальные подарки обязывают. Феминизм стал для мужчин поводом считать женщину обязанной за все. Счетчик при этом работает очень часто только в одну сторону: мою подругу наш общий знакомый отказался проводить домой за пару кварталов, потому что хотел спать. Удивительно, но буквально за неделю до этого он совершенно не задумывался, хочет ли она спать, когда звонил ей ночью и просил приехать, потому что ему стало плохо и надо было сделать укол.

Я попросила своих френдесс рассказать, бывало ли, что за небольшую услугу, о которой, возможно, они даже не просили, мужчины выставляли счет. За час таких историй мне прислали больше полусотни:

«Вот буквально вчера вечером мужик на велике уступил мне дорогу на ж/д переезде (шлагбаум уже открылся, а он как-то не спешил стартовать). Я сказала „спасибо“, улыбнулась и объехала его, на что он обиженно крикнул мне в спину: „Хоть бы хорошего вечера пожелала, так-то я мог бы и не уступать“».

«К нам с сестрой подвалил какой-то упитанный юноша а-ля Базин из фильма „Курьер“ и заявил, что он нас, может, поцелует, если мы его угостим мороженым. До того он при нас сожрал стаканчик этого самого мороженого, но, видимо, не насытился».

«Пару раз зашли в кафе после работы, потом предъявлял: «Ну, если и после этого ничего не будет…» А мы ни о чем таком не договаривались. Он это называл: «Я так красиво ухаживал!»

«У меня были проблемы с паспортом из-за одного неприятного случая в жизни (ничего криминального, просто попал документ в список украденных, да так там и остался — отечественная бюрократия же), и был актуальный на тот момент бойфренд, сотрудник полиции. И он по доброте душевной и из отношенческих обязательств мне в этом деле помог (не скажу, что уработался, но все равно спасибо, конечно). И именно этим случаем мне при расставании активно тыкал — мол, вот ты какая, я тебе помог с целым документом, а ты от меня уходишь? Да ты представляешь, какое это одолжение? Я ему честно предложила оценить его одолжение в рублях — и я ему эту сумму выплачу прямо сейчас наличными. Очень обижался».

«Мне недавно на сайте знакомств товарищ в ответ на мое «хочется комплиментов» написал, что не думаю ли я, что, когда мужчина говорит комплименты, он на что-то рассчитывает?! Я такая: «Э-э-э, что?»

«У меня по молодости было стандартное «ой, давайте сумку донесу (с чемоданом помогу), а дайте телефончик, встретимся вечером, что значит «спасибо, нет, я замужем»? Ах ты зараза, мужиков динамишь!»»

«На первом курсе проходила пресловутую «отработку» на одной из кафедр. Дали задание — вводить входные данные кучи публикаций в картотеку. Почти первый раз в жизни села за компьютер, а тут текст вводить с кучей значков в обеих раскладках и за ошибки ругают. Короче, постоянно спрашивала у лаборанта кафедры, как точку с запятой ввести, где «звёздочка», «тут все значки стёрлись». Подсказывал. А потом просто полез с руками и крайне оскорбился, когда был отвергнут. Он мне вона как помог, а мне сложно побыть благодарной».

«Мне один из эксов отремонтировал кофемашину за свой счёт, сказал: «Подарок на 8 марта». После решил расстаться, и я оказалась ему эту сумму должна».

«Был забавный случай давно. Забыла в посольстве телефон, дошла до метро, спохватилась, прибежала обратно, оказалось, на мое счастье, охранник нашел и убрал. Отдал не сразу — сначала намекал на секс, потом, когда понял, что не прокатит, затребовал бутылку. Пришлось покупать, телефон вернул в итоге».

«Коллега-инженер ухаживал за коллегой-оператором, девушка была из другого города, жила в общежитии, очень экономила. Так вот, он ей приносил пирожки, которые пекла его мама, а потом пригласил девушку на свидание, и она отказала. «Зачем же тогда я тебя кормил?» — спросил парень».

«Иду по длинному коридору общаги, несу в обеих руках тяжелую горячую сковороду. Думаю — как сейчас дверь буду открывать?! Тут раз джентльмен незнакомый подскакивает, ножкой шаркает, дверь предо мной отворяет. Я вношу сковородку, благодарю. Он: «А теперь корми меня, я тебе дверь открыл».

«Возвращалась поздним вечером одна. Привязалась компания пацанов почти школьного возраста. Опасненькие такие, мерзкие шакалята: гадости вслед, сальности, кабы в кусты не утащили или не попытались сумку отобрать. По дороге вдоль тротуара ехала машина, мужик притормозил, рыкнул, отлипли, вяло матерясь. Подвёз до подъезда, всю дорогу охал, что женщинам очень опасно и у него дочери. И тут же попытался навязаться на «кофе». Прямо силой фактически пытался пройти за мной в подъезд. Спаситель, ну».

«Ехали с сёстрами из института в гости к родителям автостопом. Трое из четырех водителей приличными мужчинами оказались, а четвертый все же спросил: «Чем расплачиваться будете, девочки?» Мы честно ответили: «Ничем, мы же сразу сказали, едем автостопом, довезёте?» Он обматерил нас, но жестить не решился — похоже, потому что нас было все же трое».

«Как-то по работе на заготовке мне нужно было «раздобыть» 100 тонн яблок. Опыт увлекательный, в том числе тем, что мужики-продавцы считали своим неотъемлемым правом со мной переспать. Вот реально. Я плачу за товар наличными деньгами, вот прям сейчас, и еще должна ноги раздвинуть от такого счастья. Это при том, что отпускная цена для меня была выше, чем для коллег-мужчин».

«Летом я часто езжу по работе на всякие разные праздники и фестивали с кучей увесистого громоздкого барахла. Считанные разы мне помогали просто потому, что видели, как мне тяжело. В подавляющем большинстве случаев героические герои и рыцарские рыцари заводят унылую мантру: «А давайте познакомимся, а нарисуйте меня, а дайте телефончик».

«Меня в юности в 90-х взрослые дяди предлагали устроить на работу, но сначала оплата сексом предполагалась: типа, ты мне себя, а потом я, может быть, спрошу у друзей, не нужно ли им в офис кого».

«Вышел за мной из метро, не доехав до своей станции: «Но девушка! Я же 30 рублей на вас потратил!»

«Препод хотел минет за то, что он мой научный руководитель».

«Когда было 18 лет, вытащили кошелек и паспорт из сумки. Пошла писать заявление в милицию. Два молодых следователя очень внимательно выслушали, потом стали рассказывать, что, мол, документы обычно подбрасывают, вы подождите, но… Но вот если вы прямо сейчас поможете двум молодым людям пережить свое одиночество (можно не вместе, можно по очереди, мы люди негордые), то вам этот паспорт вот прямо сейчас и вернут».

«Меня преследовал полгода бывший начальник: звонил на домашний, мобильный, родителям. Написала заявление в милицию, следователь сразу дал понять, что даст делу ход только за интимные услуги».

«Мальчик-моряк познакомился на остановке автобуса, пригласил в кафе. Выпила стакан сока, он взял себе пиво и к пиву, настойчиво предлагал «купить покушать» — отказалась три раза. Мы немного поговорили, а потом мне позвонила подруга, я собралась уходить — он заплатил, вышел со мной, предложил зайти к нему на кофе. Я отказалась вежливо. Что тут началось! Я тебя и кормил, и поил, а ты! Все вы такие, выгоду только ищете».

«Ухажер обиделся, что он мне работу помог найти, а я замуж за него не захотела. Так прямо и сказал».

«Во время Октоберфеста люди мужского пола в форме (охрана?), у которых я спрашивала дорогу (заблудилась немного, и телефон сел), предложили отвезти меня аж до дома за минет. Причем не сразу. Сначала вежливо ответили, а потом один из них меня догнал вот с этим вопросом. Они реально думают, что это как кофе выпить, что ли?»

«Хотел секса в туалете за то, что проводил меня до вокзала, о чём я, разумеется, не просила».

«В далёкие косматые годы моей юности, когда интернет не получил ещё такого широкого распространения, чувак скачал для меня пару фильмов на диск и был уверен, что за это я займусь с ним сексом».

«Приятель снял очень удобную для тусовок квартиру, в которой он вроде не приставал и секса не требовал, но на его территории само собой разумеющимся считалось, что всякая особа женского пола, допущенная в покои, по умолчанию становится кухаркой-посудомойкой-официанткой».

«Договаривались на тему погулять, в программу предварительно входили кино-кафе… И тут он меня спрашивает: «Ну, вот свожу я тебя в кино, потом в кафе… А что мне за это будет?» И так это было сказано совершенно не игривым тоном, что я сразу поинтересовалась, как он себе предполагает наш контракт: он мне мороженое, а я ему — минет? Была названа стервой, и переговоры зашли в тупик».

«Ехала на такси, водитель хотел расплату натурой. Деньги у меня были, если что».

«Однажды осталась на улице, в чужом городе, без гроша в кармане, позвонила знакомому из этого города, а он своему знакомому, тот привез мне денег на билет взаймы, что-то около 200 рублей, и рассчитывал, что за это получит секс. Деньги на следующий же день перевела на карточку, а то при возврате долга опять бы мог возникнуть соблазн».

«Давно и прочно должна всем знакомым и знакомым знакомых мужикам бесплатные юридические консультации. Просто по факту владения профессией. В благодарность за то, что, обратившись ко мне, они тем самым снизошли признать мою компетентность».

«В деревне у бабушки отдыхала. Пошла в местный клуб на танцульки, там пацаны девчонок на мотоциклах катали. Ну, я без задней мысли согласилась с одним прокатиться. Так он отвез меня хрен знает куда далеко и стал приставать. Я ему, мол, ты чего это, родной, только познакомились же? На что он так обиженно ответил: «А чо, любви не будет? Если не дашь — назад не повезу». Послала его на три веселых буквы и пошла домой пешком. Дошла, ничего. Но злая…»

«Сидели с компанией, из них лично знала только двух девчонок. Ребята все банкиры молодые, в самом крутом иностранном банке города работали, по меркам 2001 года — самые сливки общества. И когда расходились, меня реально вручили одному — типа, вот, будешь ее провожать. Я с ним за вечер ни слова не сказала. Дошли до двери, я такая: «Ну, пока!» А он как напрыгнет, что дикая бразильская обезьяна. Пол-лица обслюнявил, пока отбилась, и еще вслед кричал: «Ты чо, вернись, ты чо, я ж тебя проводил!»

«Юноша работал техперсоналом в театре, зазывал на спектакли (кроме «звёзд», естественно). Ну, я три спектакля или четыре посетила, а потом выяснилось, что это меня с дальним расчётом «мама старая, а у нас дом, 12 соток картошки, хозяйство, скотина» приспособить пытались. Про подвоз/поднос/работу/еду/бытовую помощь/учёбу уже было, всё как под копирку».

«Почему-то вспомнилось общение с моим родителем, так сказать. Объявился вдруг случайно в моём то ли 15-, то ли 16-летнем возрасте, решил «помогать» — привёз из деревни банку молока трехлитровую (у его матери корова была). И тут же заявил, что у меня уже появились доходы (стипендия) и я вполне могу его материально поддержать, а то ли ещё будет. На секундочку, алименты в своё время не платил».

Женщины не раз и не два сталкивались с тем, что мужчины заламывают совершенно несуразную цену за свои услуги. И именно поэтому мысль, что падёт «долг настоящего мужчины» — последний бастион, заставляющий поддерживать и помогать, — женщин пугает. Не из-за того, что дамам перестанут подавать шубки, а потому, что про помощь со стороны мужчин вообще можно будет забыть. Судя по историям, иногда даже в случаях, когда эта помощь входит в их должностные обязанности.

Женщины устроены иначе. Они уступают место пожилым людям, потому что, видя их, представляют, как тяжело им стоять. Они раз за разом наклоняются к пьяным, лежащим на земле, потому что боятся, что пропустят человека с инфарктом, которому нужен врач. Они подходят к людям, плачущим на улице, и спрашивают, могут ли они чем-то утешить. Помните ответ женщины с портфелем из воспоминаний Гинзбург? «А мы не спешим на работу?! Все теперь спешат на работу». «Мы» и «все» — это женские слова. Мы чувствуем себя единым целым.

Очень часто я слышу, что это плохо. Что мужчинам внушили, что каждая их минута бесценна, женщинам, наоборот, что их время ничего не стоит — вот они и разбрасывают его направо и налево вместо того, чтобы выгодно вкладывать. Но я считаю, что как раз нас научили верно, ведь общество не может существовать по примитивному, как палка-копалка, правилу про взаимозачет очей и возмездность любых услуг. Жаль, что научили только нас.

Мы-то научимся переустанавливать Windows. А вот научатся ли мужчины делать себе уколы?

Понравилась статья?
Подпишись на новости и будь в курсе самых интересных и полезных новостей.

ОК

Я соглашаюсь с правилами сайта

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here